До сих пор Дэвиду Беккеру необыкновенно везло, и не следует и дальше искушать судьбу. Пиджак защитного цвета от него отделяли теперь уже только десять человек. Беккер шел, низко опустив голову. Халохот прокручивал в голове дальнейшие события. Все было очень просто: подойдя к жертве вплотную, нужно низко держать револьвер, чтобы никто не заметил, сделать два выстрела в спину, Беккер начнет падать, Халохот подхватит его и оттащит к скамье, как друга, которому вдруг стало плохо.

Затем он быстро побежит в заднюю часть собора, словно бы за помощью, и в возникшей неразберихе исчезнет прежде, чем люди поймут, что произошло. Пять человек.

– Итак, даже в самых экстремальных условиях самый длинный шифр продержался в ТРАНСТЕКСТЕ около трех часов. – Да. Более или менее так, – кивнула Сьюзан. Стратмор замолчал, словно боясь сказать что-то, о чем ему придется пожалеть. Наконец он поднял голову: – ТРАНСТЕКСТ наткнулся на нечто непостижимое.  – Он опять замолчал.

Есть, но отец ее заблокировал. Он думает, что я балуюсь наркотиками. – А это не так? – спросил Беккер холодно, глядя на ее припухший локоть. – Конечно, нет! – возмущенно ответила девушка. Она смотрела на него невинными глазами, и Беккер почувствовал, что она держит его за дурака.  – Да будет. На вид вы человек состоятельный.

Дайте немножко денег, чтобы я могла вернуться домой.

Я вам все верну. Беккер подумал, что деньги, которые он ей даст, в конечном счете окажутся в кармане какого-нибудь наркоторговца из Трианы. – Я вовсе не так богат, я простой преподаватель. Но я скажу тебе, что собираюсь сделать… – Скажу тебе, что ты наглая лгунья, вот что я сделаю.

Ничего серьезного, – ответила Сьюзан, хотя вовсе не была в этом уверена. Следопыт задерживается. Она подумала, не ошиблась ли где-то.

Клубы дыма начали вытекать из треснувших оконных рам. Сьюзан в отчаянии колотила в дверную панель, но все было бесполезно. Шифр, подумала. Кабинет постепенно утопал в дыму. Стало трудно дышать. Сьюзан бессильно прижалась к двери, за которой, всего в нескольких сантиметрах от нее, работала вентиляция, и упала, задыхаясь и судорожно хватая ртом воздух. Сьюзан закрыла глаза, но ее снова вывел из забытья голос Дэвида.

Беги, Сьюзан.

Мы слухачи, стукачи, нарушители прав человека.  – Стратмор шумно вздохнул.  – Увы, в мире полно наивных людей, которые не могут представить себе ужасы, которые нас ждут, если мы будем сидеть сложа руки. Я искренне верю, что только мы можем спасти этих людей от их собственного невежества. Сьюзан не совсем понимала, к чему он клонит. Коммандер устало опустил глаза, затем поднял их вновь.

Парень расплылся в широкой улыбке. – А то ты не знаешь. Беккер пожал плечами. Парень зашелся в истерическом хохоте. – Ну и. Но тебе там понравится. ГЛАВА 50 Фил Чатрукьян остановился в нескольких ярдах от корпуса ТРАНСТЕКСТА, там, где на полу белыми буквами было выведено: НИЖНИЕ ЭТАЖИ ШИФРОВАЛЬНОГО ОТДЕЛА ВХОД ТОЛЬКО ДЛЯ ЛИЦ СО СПЕЦИАЛЬНЫМ ДОПУСКОМ Чатрукьян отлично знал, что к этим лицам не принадлежит.

Бросив быстрый взгляд на кабинет Стратмора, он убедился, что шторы по-прежнему задернуты.

Сьюзан Флетчер минуту назад прошествовала в туалет, поэтому она ему тоже не помеха. Единственной проблемой оставался Хейл.

– Он, казалось, все еще продолжал сомневаться в том, что Хейл оказался вовлечен в планы Танкадо.  – Я полагаю, Хейл держит этот пароль, глубоко запрятав его в компьютере, а дома, возможно, хранит копию. Так или иначе, он попал в западню. – Тогда почему бы не вызвать службу безопасности, которая могла бы его задержать. – Пока рано, – сказал Стратмор.

 – Если служба безопасности обнаружит затянувшуюся надолго работу ТРАНСТЕКСТА, перед нами возникнет целый ряд новых проблем.

Ни в коем случае! – отрезал Стратмор. Хейл вскипел: – Послушайте меня, старина. Вы отпускаете меня и Сьюзан на вашем лифте, мы уезжаем, и через несколько часов я ее отпускаю. Стратмор понял, что ставки повышаются. Он впутал в это дело Сьюзан и должен ее вызволить. Голос его прозвучал, как всегда, твердо: – А как же мой план с Цифровой крепостью.

Хейл засмеялся: – Можете пристраивать к ней черный ход – я слова не скажу.

 – Потом в его голосе зазвучали зловещие нотки.  – Но как только я узнаю, что вы следите за мной, я немедленно расскажу всю эту историю журналистам. Я расскажу, что Цифровая крепость – это большая липа, и отправлю на дно все ваше мерзкое ведомство. Стратмор мысленно взвешивал это предложение. Оно было простым и ясным.

Неужели АНБ прослушивает мои телефонные разговоры. Стратмор виновато улыбнулся. – Сегодня утром Дэвид рассказал мне о ваших планах. Он сказал, что ты будешь очень расстроена, если поездку придется отложить. Сьюзан растерялась. – Вы говорили с Дэвидом сегодня утром.

Так вот… – Соши шумно вздохнула.  – Похоже, я ошиблась. – Что?! – чуть не подпрыгнул Джабба.  – Мы ищем совсем не. Соши показала на экран. Все сгрудились вокруг нее и прочитали текст: …распространено заблуждение, будто на Нагасаки была сброшена плутониевая бомба. На самом деле в ней использовался уран, как и в ее сестрице, сброшенной на Хиросиму.

– Но… – Сьюзан еле обрела дар речи.  – Если оба элемента – уран, то как мы найдем различие между. – А вдруг Танкадо ошибся? – вмешался Фонтейн.

 – Быть может, он не знал, что бомбы были одинаковые. – Нет! – отрезала Сьюзан.  – Он стал калекой из-за этих бомб. И он знал про них .

Сьюзан казалось, что она сходит с ума. Она уже готова была выскочить из комнаты, когда Стратмор наконец повернул рубильник и вырубил электропитание. В одно мгновение в шифровалке установилась полная тишина. Сирены захлебнулись, мониторы Третьего узла погасли.

Может быть, американка? – предположил. – Не думаю, – сказала Росио.  – На ней была майка с британским флагом. Беккер рассеянно кивнул: – Хорошо. Бело-красно-синие волосы, майка, серьга с черепом в ухе. Что .

Он бродил по коридорам шифровалки, тушил бесконечные виртуальные пожары и проклинал слабоумие нерадивых невежд. Чатрукьян знал: как только Джабба узнает, что Стратмор обошел фильтры, разразится скандал. Какая разница? – подумал .

Первая буква вроде бы О, или Q, или ноль: глаза у него так болели. что он не мог разобрать, но все-таки кое-как прочитал первые буквы, В них не было никакого смысла. И это вопрос национальной безопасности. Беккер вошел в телефонную будку и начал набирать номер Стратмора. Не успел он набрать международный код, как в трубке раздался записанный на пленку голос: Todos los circuitos estan ocupados – Пожалуйста, положите трубку и перезвоните позднее.

Беккер нахмурился и положил трубку на рычаг.

Он совсем забыл: звонок за границу из Испании – все равно что игра в рулетку, все зависит от времени суток и удачи. Придется попробовать через несколько минут. Беккер старался не обращать внимания на легкий запах перца. Меган сказала, что, если тереть глаза, будет только хуже. Он даже представить себе не может, насколько хуже. Не в силах сдержать нетерпение, Беккер попытался позвонить снова, но по-прежнему безрезультатно.

Больше ждать он не мог: глаза горели огнем, нужно было промыть их водой.

Хаос, царивший в комнате оперативного управления, воспринимался ею как отдаленный гул. Люди на подиуме не отрываясь смотрели на экран. Агент Смит начал доклад. – По вашему приказу, директор, – говорил он, – мы провели в Севилье два дня, выслеживая мистера Энсея Танкадо. – Расскажите, как он погиб, – нетерпеливо сказал Фонтейн.

– Этим ты лишь усугубишь свое положе… – Он не договорил и произнес в трубку: – Безопасность. Говорит коммандер Тревор Стратмор. У нас в шифровалке человек взят в заложники. Быстро пришлите сюда людей. Да, да, прямо. К тому же у нас вышел из строя генератор. Я требую направить сюда всю энергию из внешних источников. Все системы должны заработать через пять минут.

Грег Хейл убил одного из младших сотрудников лаборатории систем безопасности и взял в заложники моего старшего криптографа.

Если нужно, используйте против всех нас слезоточивый газ. Если мистер Хейл не образумится, снайперы должны быть готовы стрелять на поражение. Всю ответственность я беру на. Быстрее.

My kitty gone wild


Hello! Do you want find a sex partner? It is easy! Click here, free registration!